Главная
Стихи
Проза
Фотографии
Всякая всячина
Я
Контакты
Клетка
Двести сорок… может, двести сорок три?.. Вспоминай, вспоминай… Нет, все напрасно, я сбился со счета. Да и вообще, зачем считать? Я никогда отсюда не выйду, мне не выбраться из этой каменной клетки, да и не хочется. Одно и то же, одно и то же, одинаковые мысли в течение всего этого времени. Какого времени? О чем я думаю? Оно осталось снаружи, оно – чужая собственность, чужая драгоценность. Здесь пустота, холодный каменный пол, я помню, как раньше бился об него головой, но все это глупости. Эта клетка пожрала время, в моем мире, где не меняется пространство, где постоянно темно и я не вижу своих рук, время остановилось, слилось со стенами и полом, исчезло. Единственное, что я чувствую – то, как медленно умираю. Все, что составляет меня как организм, еще живо, и здесь время по-прежнему вершит свой суд. Сколько силы было в молодом теле, которое двести сорок дней назад впервые оказалось в этом каменном склепе! Сколько жизни было в нем! Я все еще хорошо помню начало своей пытки.«Да, ничтожество, ты бегал здесь, кажется, сутками подряд, бешено кричал, потом молил о пощаде, бегал, ударяясь о стены, разбивая лицо, ты чувствовал, как по нему стекает кровь, которая засыхала коркой и мешала открыть рот, пока ты не научился смывать ее слюной. Тогда ты думал только об одном, эта мысль не покидала тебя даже во сне, впрочем, поначалу ты спал очень мало. Сердце крошило грудь, как огромный молот, и было невероятно больно от его стука, ты вспоминал те моменты, когда снаружи любовь наполняла тебя прекрасной энергией, а сердце вторило этой любви и работало во много раз быстрее. Так вот, твоя мысль была очень простой. Ничтожество, мне сейчас смешно об этом думать, но все же ты боялся смерти. Как же так, ты был рожден для мира, для счастья, для жизни и любви, а тут – клетка! Твое сознание не сумело смириться с новой реальностью, этот удар был слишком силен, чтобы ты мог его вынести. И в результате ты сгнивал здесь и потом умер, растворился в темноте склепа, но оставил после себя крохотное дитя. Ты рожал его в неописуемых муках. Оно вскоре превратилось в чудовище, которое никогда не видело солнца, которое никогда не жило, но все-таки знало, что значит жить. Этим чудовищем был я. Иначе быть не могло, тебя, воспитанного миром, где светло и идет дождь, уничтожила темнота. О, здесь в самом деле темно и страшно. Как жаль, что ты теперь ничего не чувствуешь. Мне было бы приятно наблюдать твои мучения. Но говори, говори со мной!»
Боже, теперь я тоже часто думаю о том, что, наверное, умер. Я существую в памяти и в мыслях, я не вижу ничего вокруг, я не чувствую, что в моем теле есть жизнь. Вот… я провожу рукой по лицу. Жесткая, иссушенная кожа, кость подбородка, бороды давно нет, пальцем нащупываю сухой, недвижимый язык, он лежит во впадине, которую сделал сам, вытолкав изо рта зубы. Не касаюсь глаз, я, наверное, ослеп. Боже, что со мной! Череп, холодный, как пол, на котором валяется мое тело, волосы выпали, за ушами и на затылке – маленькие бугорки, они шелушатся, я ковыряю их пальцами, отрываю кусочки кожи, это, наверное, старые высохшие язвы или карбункулы. Но нет никакого сожаления, ничего нет, жизнь осталась далеко позади, хотя иногда что-то проникает в мой мозг и вызывает в нем яркие, живые картины, но это тоже не жизнь. Мне кажется, будто отовсюду свисают железные цепи с огромными крюками на концах. На некоторых из них висят люди, из их шей и глаз торчит железо, оно блестит и сверкает в лучах молодого утреннего солнца. Я поднимаю глаза к небу и вижу, что цепи бесконечны, они тянутся, бегут вверх, толстые, ржавые, но я знаю – чтобы их разорвать, не хватит никаких сил. Странная, сумасшедшая музыка заполняет пространство, она течет прерывисто, извиваясь, как черная змея, ее движения непредсказуемы, а символы точны. Они говорят мне о вечной, вечной боли, от которой, оживая, стонут люди, подвешенные на крюках, о диком страхе, принесенном болью в это жуткое место; я снова смотрю вверх и вижу, как солнце закрывают багряные, плотные облака и меркнет его свет. Музыка затихает, с тишиной приходит тьма, все пропадает в ней, и я возвращаюсь к себе в клетку, из моего рта исходят хрипы, руки бессильно опускаются на пол, голова падает на плечо.
«Несчастный, что ж, захочешь ли ты сейчас благодарить судьбу за то, что еще жив? Интересно, как все переменилось за это время, ты не находишь? Вот, что такое жизнь, вот ее полюса, все ее ипостаси, скажи, любишь ли ты жить, как раньше? Когда-то ты писал стихи, которые восхваляли мир. Ты давно ослеп, в твоем теле нет больше силы, в мозгу исчезает мысль. Мы оба скоро умрем – наша плоть перестанет дышать, остановится сердце. Но я умру счастливым, потому что знаю: я сильнее тебя, дитя солнца и света, даже в полной темноте я тверд, как эти камни, и только смерть может меня разрушить…»
Ну так где же ты, смерть, я призываю тебя, явись скорее! Я не могу, не могу больше ждать! Спаси меня от этой ужасной боли, спаси от страха, моя последняя надежда только на тебя, явись, явись, явись!..
Дождь
Страх
Путешествие
Боль
Грязь
Скорбь
Память
Усталость